Нечаянно-негаданно он очутился в суровом 1919 году, чтобы, влившись в ряды Угро, смотреть опасности в лицо и отвечать ударом на удар. Задания, расследования, схватки и снова задания. Покоя нет, и не предвидится.

Отрывок:

    Объект (он якобы должен был скрытно передать кому-то секретную деловую информацию), прошел мимо нашего офиса, свернул на Фрунзе, дошел до угла крайнего дома и пошел по Советской. Я не отставал. За книжным магазином он, бросив свистеть, резко свернул вправо. Мне оставалось только ускориться. Не обнаружив его за углом здания, в коем в прежние времена размещалась закусочная, я забежал во двор. Свистуна нигде не было видно! Негромкий скрип двери заставил меня посмотреть вправо. Она вела в подвал дома, фасадом выходившего на Советскую. Через пару секунд я приоткрыл ее, нырнул внутрь и тихо притворил. Затаив дыхание, навострил уши. Доносился гул проезжавших машин, где-то внизу размеренно капала вода: кап, кап, кап. В полумраке ступил на первую ступеньку, на вторую. В глубине подвала послышался негромкий разговор. От меня не уйдешь! Под землей достану! Тут же вспомнились слова заказчика: «Делайте, что хотите, но запечатлейте встречу паршивца с тем, кому он сливает информацию!» Я мог бы, не напрягаясь, просто дождаться их выхода из подвала, но в голове засела мысль, что и расходиться они будут поодиночке. Держа смартфон наготове, ступил на третью ступеньку. Четвертая была для меня последней – моя подошва легла на что-то скользкое, я резко взмахнул руками и, не удержав равновесия, нырнул вниз…

    Бесчувствие, на мой взгляд, длилось считанные секунды. Лежа пластом на полу подвала, я провел рукой по голове и понял, что она разбита. Побаливало немного левое плечо. Никакого разговора уже не было слышно. Те, за которыми я охотился, видимо, сразу же свалили отсюда. Странно, но звук капающей воды также прекратился, как, впрочем, и гул машин. Я поискал глазами смартфон – он валялся рядом. Я взял его в руку, чтобы позвонить Олегу, и нажал кнопку. Тщетно! Нажал еще раз: ни в какую, экран так и не засветился. Изделие модели Honor вышло из строя!.. Так, хватит торчать в потемках, пора выходить наружу!

    Я нашел бейсболку, выбрался из подвала и осторожно покрутил головой – сотрясения, вроде бы, не наблюдалось. Слава Богу! Хоть в этом повезло. В противном случае все бросай, тащись к врачу, готовься к больничке!

    На выходе со двора замедлил шаг и сдвинул брови. Волной накатило ощущение, что что-то не так. Я осмотрелся. Нет, место было то же. Но дома… Они почему-то выглядели не так, как прежде. Здание книжного магазина, например. Оно поменяло цвет и… этажность. Третьего этажа как не бывало! И откуда, черт возьми, взялся этот домик рядом с книжным?! Я бросил взгляд площадь Революции и обомлел! Она выглядела как на открытках начала 20 века! А прохожие… Все как один в одежде тех времен! Обалдеть! Да что же тут творится? Кино снимают, что ли? У будки возле ручья, прозванного Канавой, торчит красноармеец с винтовкой, на углу – афишная тумба, сплошь заклеенная обрывками плакатов и объявлениями. 

    Я в замешательстве направился к ней. На одном плакате рабочий, крестьянин и красноармеец пламенно взывали: «Грудью встанем на защиту Петродара!» На другом широкоплечий человек с квадратным подбородком, одетый в кожанку, мрачно целился из нагана в крадущихся вдоль забора подозрительных субъектов: «Вырвем бандитизм с корнем!» Рядом болтались короткие объявления, написанные от руки: Общество «Красного Креста» 28 авг. проводит лекцию «Оказание первой помощи», лектор Перелет.»; «Общество «Знание» 29 авг. в 13:00 проводит лекцию «Пчелы – наши друзья, лектор Перелыг.»; «Настрою пианино, обращаться в дом Терпугова на Воронежской, спросить Вальковского»; «Перетяну мебель, обращаться в дом Богданова на Базарной, спросить Талдыкина». Тут же виднелось машинописное постановление Петродарского Отдела городского хозяйства  о том, что «расклейка афиш по заборам, стенам зданий, телефонным и телеграфным столбам воспрещается». Грозный приказ ЧК при Петродарском Совдепе по борьбе с контрреволюцией и спекуляцией гласил: 

 1) Все бывшие помещики, царские чиновники и прочие тунеядцы, до сих пор проживающие в уезде, вне пределов Петродара, обязаны в трое суток со дня получения в селах настоящего приказа выселиться из уезда и поселиться в городе.

2) Все нетрудовые элементы города, живущие в уезде, обязаны в тот же срок выехать и поселиться в Петродаре.

 3) Лица, поименованные в предыдущих пунктах, уклоняющиеся от исполнения настоящего приказа, должны арестовываться и препровождаться в Петродарскую Чрезвычайную Комиссию.

    ПРИМЕЧАНИЕ: ходатайства за указанных в приказе лиц Комиссией приниматься НЕ БУДУТ!

   Председатель Петродарской Чрезвычайной Комиссии Я.Ф. Яркин.

   Секретарь М. Миньков.

   1919 года, августа, 22 дня.   

    Отзывы: